«Мы не хотим зарабатывать на наших клиентах» - «Интервью»

другое дело, что это, наверное, не самый первый приоритет на сегодняшний день — думаю, это горизонт следующего года. Легко создать стартап в цифровом мире, будь то страховой мир или любой другой, и до какого-то определенного уровня его вырастить. Проблемы начинаются, когда ты становишься большим. Мы огромная российская страховая компания, конвертировать всю компанию в цифровое мышление, привить эту культуру — вот это самое сложное. Сейчас мы работаем над тем, чтобы наши основные внутренние бизнес-процессы перевести в цифру, основные страховые продукты, которыми уже сейчас пользуется население, каско, ОСАГО — их выпустить в цифровой мир. Как только мы с этим закончим, начнем какой-то экзотикой заниматься. Мы постоянно занимаемся самоанализом: у нас есть табличка, там около ста точечек, у нас в прошлом году было треть зелененьких, треть желтеньких, треть красненьких. Сейчас у нас процентов 15 осталось красненьких, процентов 15 желтеньких, а процентов 70 уже зелененькие. Вот когда по основным блокам мы станем зелененькими с точки зрения самооценки — тогда мы сможем какие-то прорывные вещи делать дальше. — Какие еще задумываете экзотические проекты? — Совсем об экзотике нет смысла говорить, в первую очередь речь идет о комфорте застрахованного. Уже сейчас вы можете купить почти все наши продукты онлайн, закачать их в телефон — я сам этим стал активно пользоваться — и ваш полис всегда при вас. В случае если, не дай бог, с вами что-то происходит за рубежом — а как страховщики мы знаем, что со всеми рано или поздно, к сожалению, что-то происходит, — не нужно искать бумажный полис, звонить в страховую компанию или в ассистанскую. Вы просто открываете приложение, нажимаете одну кнопку, телефон сам определяет местоположение, определяет ближайшую ассистанскую компанию, причем делает это бесплатно для вас — через скайп, например. Вот на таких вещах мы пока сосредоточены. — Моторное страхование, которое на рынке традиционно считается не очень выгодным, всегда было одним из ваших основных сегментов. Обязанность продавать электронные полисы ОСАГО повлияет на ваше отношение к этому бизнесу? Ведь придется продавать полисы в том числе в убыточных регионах. — По ОСАГО наше отношение мало что значит. ОСАГО — это федеральная лицензия, мы должны продавать во всех субъектах РФ и урегулировать во всех субъектах РФ. Проблема, действительно, с «токсичными» регионами, где убыточность зашкаливает за 100—150%. Естественно, встал вопрос о доступности, потому что ни одна коммерческая компания себе в убыток работать не будет, и поэтому мы стараемся минимизировать там наши продажи. Мы прекрасно понимаем, что это приводит к социальному напряжению. Поэтому нужно искоренять базовые проблемы, которые там существуют, — это некачественно прописанное законодательство и применение закона, а также действия пресловутых автоюристов-антистраховщиков, которые из экосистемы «страхователь — страховщик» изымают большие доли пирога. Мы с удовольствием платили бы нашим застрахованным, а то, что мы вынуждены платить людям, которые не всегда законными методами изымают деньги у страхователей, — нам это очень не нравится. — Вы говорите, вынуждены минимизировать продажи в убыточных регионах. А как можно будет это сделать, если будет обязанность страховщика продать электронный полис? — Никак. Мы будем платить убытки. Ряд страховщиков говорит о том, что они хотят вообще сдать лицензию на ОСАГО. Мы считаем, что это тоже, конечно, способ, но если сдадим лицензию мы или кто-то из других крупнейших игроков, это приведет к коллапсу рынка. Нам нужно совместно с Центральным банком, Российским союзом автостраховщиков корректировать рынок, убирать те причины, по которым ОСАГО становится невыгодным. В законе четко написано, что убыточность должна составлять 77%. Понятно, что точно попасть в эту убыточность невозможно, где-то она будет чуть больше, где-то чуть меньше. Но когда она в два раза выше, чем по закону, и продавая на 100 рублей, ты выплачиваешь 150 рублей — это нелогично. И не будет так. — На рынке надеются, что объемы продаж электронных полисов ОСАГО могут быть ограничены долей рынка — чтобы в конкретном регионе она не превышала долю страховщика в целом по стране, как это предусмотрено схемой единого агента. Такой вариант не обсуждается? — Для электронного ОСАГО — нет. Такая схема будет действовать на переходный период, с 1 июля по 31 декабря 2016 года. Создается некий агент, и в этих «токсичных» регионах у клиента есть два варианта на выбор. Если вы хотите именно наш полис, вы приходите к нам в офис. Если вы почему-то считаете, что вам некомфортно покупать полис у нас или у наших коллег-конкурентов, то вы идете к этому агенту и там случайным образом практически получаете чей-то полис. Это должно обеспечить доступность, там не будет потенциально некомфортных моментов, которые вы можете испытывать у кого-то из страховщиков. Этот механизм позволит, назовем это условно, справедливо между всем страховым рынком перераспределять убытки этих регионов. — Вы уже почувствовали на себе это перераспределение? — Надо запускать агента. Сейчас мы просто сами продаем там больше, чем продавали раньше. Чувствуем это на нашем финансовом результате, но вынуждены это делать. — С первого квартала 2016 года ЦБ стал собирать со страховщиков статистику судебных выплат. Для чего регулятору эта информация? — Именно для того, чтобы показывать законодателю и судебной власти: почему-то в одних регионах все нормально, а в других ненормально. Получая эту статистику, мы сможем аргументированно объяснять, что нужно откорректировать. Ну и еще видно, у кого из страховщиков сколько выплат по суду — ведь есть страховщики, которые по суду больше половины платят. Для потребителя это может говорить о том, что такие страховщики потенциально могут быть не очень комфортны в случае выплаты. Беседовала Елена ПЕТЕШОВА,