Стоит ли вкладывать активы ЕНПФ в инфраструктуру? - «Финансы»

Эксперты обсудили будущее пенсионной системы Казахстана

Накопительной пенсионной системе Казахстана в этом году исполнилось 20 лет. За почти четверть века изменилось многое: ушли с дистанции частные пенсионные фонды, был создан Единый накопительный пенсионный фонд (ЕНПФ), увеличен пенсионный возраст для женщин. Судьбу пенсионной системы Казахстана экономисты, представители Нацбанка и эксперты обсудили на круглом столе в Алматы, передает корреспондент центра деловой информации ....

«Мое выступление будет не совсем юбилейным», — начал свое выступление политический деятель, публицист Петр Своик.

«Подвешенным остается вопрос фактической доходности ЕНПФ.&nbspМежду тем радует, что именно пенсионный фонд последние годы добился позитивной динамики по доходности. Касательно использования пенсионных накоплений. Фондовый рынок Казахстана так и остался (за последние 20 лет. — Ред.), мягко говоря, неразвитым, его связи с мировыми площадками, мягко говоря, недостаточны. Поэтому наибольшая часть активов ЕНПФ, а именно 49%, инвестируется в ценные бумаги Министерства финансов РК и ноты Нацбанка. А в инвестиционном смысле отдача от таких вложений — это то же самое, что ждать потомства от однополых браков», — считает Петр Своик.

Он считает, за то, что пенсионные средства инвестируются на внешние рынки, «надо бы наказывать, потому у нас есть своя экономика, куда нужно вкладываться».

«Последнее время активы ЕНПФ все-таки идут в экономику, причем говорю не о массированной закачке пенсионных средств в коммерческие банки — это как раз безобразие. Например, газификация Астаны предусмотрена в том числе за счет пенсионных вложений — на мой взгляд, это позитивно. Вообще, нужно предусмотреть структурное концептуальное реформирование всей системы инвестирования фонда. Начиная с того, что ЕНПФ должен стать самостоятельным национальным инвестиционным банком и инвестировать в два направления. Во-первых, вкладывать в газопроводы, электроэнергетику, долгожданную системообразующую Балхашскую электростанцию. А почему нужно вкладываться в такие проекты? Потому что все эти проекты находится под государственным тарифным контролем и государство как тарифный регулятор вполне могло бы выступать гарантом и сохранности и возвратности и прибыльности такого рода вложений. Если бы казахстанцы платили больше за электричество, к примеру, на 0,5–1 тенге в счет пенсионеров, это было бы очень эффективно и для энергетики, и в целом для страны и полезно для пенсионеров», — уверен Петр Своик.

Также он считает, что нужно решать вопрос привлекательности ЕНПФ для вкладчиков.

«Не знаю, как там соцопросы по уровню доверия к ЕНПФ, но число добровольных пенсионных накоплений пенсионной системы составляет 0,35% от объема накоплений. То есть получается, что накопительная система чисто принудительная, процент доверия к ней близок к нулю. Как сделать так, чтобы пенсионная система стала действительно интересной? Нужно включить в отчетность сопоставление накапливаемой доходности ЕНПФ к уровню инфляции и обеспечивать хотя бы 2% сверху. Много не надо, но хотя бы 2% гарантированного дохода (сверх инфляции. — Ред.). Также нужно кредитовать казахстанцев за счет их же накоплений, ЕНПФ банк вполне мог бы это делать на более приемлемых условиях, чем коммерческие банки. А если заемщик не справляется, то сам виноват — его деньги в пенсионном фонде прогорают», — отмечает Петр Своик.

Был затронут вопрос и по самозанятым. «Очень большой пласт тех предпринимателей, самозанятых, которым никакой пенсионный фонд не нужен, эти люди планируют свою жизнь самостоятельно, и они собираются свою старость обеспечить самостоятельно. В этом смысле навязывание самозанятым пенсионных взносов — для них это дикость, потому что они вообще не собираются взаимодействовать с ЕНПФ.&nbspДаже высокооплачиваемые сотрудники планируют свою жизнь по-другому (без ЕНПФ. — Ред.)», — отмечает экономический аналитик Асет Наурызбаев.

Он считает, что систему пенсионных аннуитетов нужно жестче мониторить.

«Недавно моя знакомая выходила на пенсию, и ей посчитали аннуитет до 113 лет. Что это за сценарий, когда расчеты ведутся на средний возраст дожития 113 лет? Надо же контролировать такие расчеты. Кто контролирует аннуитетную систему? У нас должен быть четкий, объявленный государством возраст дожития, на основе которого рассчитываются все аннуитетные выплаты», — считает Асет Наурызбаев.

Экономист уверен, что фонд по доходности конкурирует с инвестиционными компаниями.

«И это не может не радовать. Но тем не менее хочу задать вопрос: зачем все-таки лезем за доходностью, приобретая активы в развивающихся странах? Мне как вкладчику достаточно, чтобы просто весь остаток моих средств в фонде, который не помещается (по инвестициям. — Ред.) в Казахстане, инвестировали в европейские индексы. Для этого не нужна никакая управляющая компания, не нужно ей платить комиссии. Вложитесь в индекс и ждите погашения (по бумагам. — Ред.). Гораздо важнее внутри страны создавать венчурный капитал. Например, возьмите небольшую часть активов ЕНПФ и создайте механизм раздачи этих денег предпринимателям через управляющие компании. Бизнесу не хватает денег, раздайте стартаперам деньги через управляющие компании. Вот здесь нужны специалисты с опытом венчурного финансирования. И пусть они потеряют в 90% случаев, но 10% они реализуют и заработают для ЕНПФ.&nbspЭто же венчурные, высокорисковые и, если риск обоснован, — высокодоходные вложения. То есть за счет средств ЕНПФ должна развиваться экономика Казахстана, она должна быть запущена с нашей помощью», — подчеркивает Асет Наурызбаев.

В Ассоциации финансистов Казахстана также уверены, что средства ЕНПФ должны инвестироваться в экономику Казахстана.

«То, что сейчас около 50% активов ЕНПФ вложено в госбумаги Минфина и ноты Нацбанка, это, с одной стороны, хорошо, но, с другой стороны, нужно понимать, что в основном финансируется дефицит госбюджета. Фактически два фонда, Государственный фонд социального страхования и пенсионный фонд, являются основными кредиторами бюджета. То есть они фактически держат более 80% госдолга. Плохо это или хорошо — это спорный момент. Но мы считаем, что все-таки деньги ЕНПФ должны инвестироваться во внутреннюю экономику и тем более в большем объеме. И, возможно, было бы лучше, чтобы эти деньги (ЕНПФ. — Ред.) шли через фондовый рынок. Фондовый рынок — это основа роста экономики любой страны. Считаем, что нужно инвестировать активы ЕНПФ в паевые инвестиционные фонды, из 10 проектов 2 могут выстрелить. Но эти два проекта дадут в 3–4 раза больше дохода, чем стандартные инвестиции в 10 проектов. Паевые инвестиционные фонды — это система коллективного инвестирования — она своего рода хеджирует риски невозврата денег. Мы должны развивать все-таки финансирование не долговое, а долевое», — отмечает управляющий директор АФК Ерлан Бурабаев.

Председатель попечительского совета «Трансперенси Казахстан» Марат Шибутов видит две главные ошибки пенсионной системы.

«Во-первых, в 2013 году, когда были переданы средства частных пенсионных фондов в ЕНПФ не было проведено масштабной проверки и масштабной „посадки“ большинства управляющих. Будем говорить честно, большинство частных пенсионных фондов состояло в составе больших финансовых холдингов и это была еще одна большая кормушка для покупки облигаций родственных страховых компаний, банков, которые принадлежат одним и тем же акционерам. Поэтому, конечно, доходность пенсионных активов была ниже инфляции, управляющие активами фондов не были заинтересованы в доходности пенсионных накоплений. И соответственно, в то время не посадили (за решетку — Ред.) неграмотных инвесторов пенсионных активов, и все эти проблемы до сих пор идут и идут. Думаю, что ЕНПФ нужно было начать свою работу с чистого листа. Во-вторых, у нас, в том числе и поэтому, большая доля недоверия к ЕНПФ.&nbspНедоверие связано еще и с тем, что решение об инвестициях средств фонда, к примеру, в строительство трубопровода или дороги, озвучивает министр финансов или другой министр. А какое он право имеет такое говорить о таких проектах? Он же не является членом совета директоров ЕНПФ? На мой взгляд вопросы об использовании средств ЕНПФ должны обсуждаться только на совете директоров фонда. А проекты озвучиваться также членами совета директоров ЕНПФ.&nbspИначе не возникает никакого доверия к фонду», — считает он.