Осколки Карабаха - «Финансы»

После прекращения активной фазы боевых действий в зоне нагорно-карабахского конфликта обе стороны пытаются оценить ущерб, нанесенный им в ходе столкновений. Корреспондент «Новости Банков» КИРИЛЛ КРИВОШЕЕВ поговорил с жителями Физулинского и Агдамского районов и понял, что никто из них в скорую нормализацию не верит.

Из Физулинского района на юге Азербайджана хорошо просматривается территория по ту сторону иранской границы. Когда дорога поднимается на холм, за пастбищами можно увидеть иранские села. В одно из них, Кули-Биглу, в ходе недавних боев попал снаряд, повредив дом,— новое армяно-азербайджанское противостояние долетело и до Ирана.

Азербайджанские СМИ приводят заявление заместителя генерал-губернатора приграничной иранской провинции Восточный Азербайджан Саида Хиабани, который сообщил об инциденте.

— Там, в Иране, тоже живут азербайджанцы. И язык у них тот же, что у нас,— напоминает офицер азербайджанской армии, сопровождающий группу местных и иностранных журналистов, в числе которых и корреспондент «Новости Банков».

— Граница оккупированных территорий в ходе обострения конфликта особо не изменилась,— продолжает военный.— В Физулинском районе наши войска заняли один из холмов, под их контроль перешли села Чоджуг-Марджанлы и Мехтили, которые раньше контролировали армяне.

Дома в этих селах были разрушены задолго до нынешних столкновений, и жителей в них давно нет.

— А теперь люди смогут туда вернуться?

— Не знаю. Решать будут власти. Хотя спокойной жизни там в любом случае в ближайшее время не будет: эти села все равно находятся слишком близко к линии соприкосновения.

Село Алханлы расположено тоже слишком близко к линии соприкосновения — дома на его окраине находятся уже на нейтральной территории. И там тоже никто не живет.

— До армянских позиций отсюда всего километра два,— говорит офицер, показывая воронку от артиллерийского снаряда Д-30 во дворе одного из домов. Осколки буквально изрешетили водопроводную трубу. «Вот скажите — в таких условиях можно жить?» — восклицает местный житель.

В Физулинском районе по счастливой случайности обошлось без жертв. Пострадавший всего один — Эльвин Каримов. Он шел от своего дома к дому отца, когда рядом разорвался снаряд. Осколок попал Эльвину в ногу. Сейчас ему наложили гипс, но он может ходить, опираясь на костыль.

С азербайджанским флагом в руке журналистов встречает Эсмира Джанатова, недавно окончившая местную школу.

— Было страшно, но мы верим в свое государство,— говорит Эсмира и добавляет: — Моя мама — русская, но я родилась и выросла здесь. В России никогда не была.

По словам отца Эсмиры, с 2 апреля в село Алханлы попало 29 снарядов. Тележурналисты, которым нужна эффектная картинка, впрочем, не очень довольны. «Ну и где война? Всего одна воронка в огороде»,— неожиданно вздыхает оператор.

Впрочем, когда мы переезжаем из Физулинского в соседний Агдамский район, он и его коллеги сразу находят материал для съемки. Последствия обстрелов здесь намного серьезнее: погиб один мирный житель, ранены десять, разрушено 56 домов.

В селе Ахмедагалы Агдамского района поминают погибшего на днях 62-летнего пастуха Гараша Дадашева. Его жена рассказывает, что 3 апреля, когда начался артобстрел, Гараш пас скот. Добежать до дома он не успел: около мечети рядом с ним разорвался снаряд, Гараш был на месте убит осколком.

— Мирные жители Карабаха нам не враги. Но мы больше не можем жить в таких условиях,— плачет его жена.

В двух шагах от дома Гараша Дадашева — разрушенный дом учительницы биологии из сельской школы. К счастью, женщина не пострадала: как только начались обстрелы, успела уехать к дочери в Баку.