Санкционные банки будут спасать друг друга - «Финансы»

Сегодня ЦБ утвердил санатора для спасения краснодарского Крайинвестбанка, работающего в Крыму уже больше года. Финансовым оздоровлением подпавшего под санкции США банка займется РНКБ, сам находящийся под самыми жесткими санкциями США. Какая на это будет выделена господдержка, пока не раскрывается. Такая ситуация для банковского рынка уникальна. До сих пор к санации банков, работающих в Крыму, ЦБ не прибегал, ограничиваясь отзывом лицензий. Впрочем, и практики, когда санаторами выступали крымские банки, тоже пока не было.

О том, что санировать краснодарский Крайинвестбанк будет крымский РНКБ, ЦБ сообщил сегодня на своем сайте. «Банк России 24 декабря утвердил изменения в План участия государственной корпорации “Агентство по страхованию вкладов” (АСВ) в осуществлении мер по предупреждению банкротства Крайинвестбанка,— говорится в пресс-релизе ЦБ.— В соответствии с вышеуказанными изменениями меры по предупреждению банкротства в качестве инвестора будут осуществляться РНКБ Банк».

До сих пор банки, вышедшие в Крым и впоследствии столкнувшиеся с проблемами, в основном лишались лицензий. Только в текущем году под самую жесткую меру ЦБ подпали пять банков, работавших на этой территории,— «Волга кредит», Маст-банк, Аделант-банк, Банк для бизнеса и «Смолевич». Лишь один банк покинул территорию самостоятельно — «Кубань Кредит». Проблемы, приведшие к санации Крайинвестбанка, пока не раскрываются. Банк тесно связан с властями Краснодарского края: его крупнейшим акционером с долей 98,04% выступает сам Краснодарский край в лице департамента по финансовому и фондовому рынку Краснодарского края.

Из отчетности банка следует, что он специализировался на кредитовании бизнеса, преимущественно частного, за счет привлечения средств граждан. Так, по данным последней доступной отчетности банка по РСБУ на 1 октября, средства физических лиц в банке составляли 24,5 млрд руб., объем кредитов физическим лицам — 4,7 млрд руб., компаниям — 15,9 млрд руб.

Вчера на проблемы Крайинвестбанка указало агентство S&P, снизившее рейтинг банка с уровня B до B–, объяснив это потребностью банка в докапитализации. Собственный капитал банка на 1 октября составлял 5,4 млрд руб., а норматив его достаточности — 10,78% при минимально допустимых 10%. «Снижение рейтинга отражает наше мнение о том, что банк может иметь трудности по выполнению нормативных требований регулятора по достаточности капитала»,— отмечали аналитики S&P.

Впрочем, помимо трудностей с капиталом Крайинвестбанк недавно столкнулся с еще одной проблемой — включением его в санкционный список США как банка, работающего на территории Крыма. Не исключено, что именно по этой причине санировать его будет другой санкционный банк — РНКБ. Это будет первым случаем, когда спасение банка доверили крымскому игроку. Ему также будет выделена финансовая помощь, но какая именно, в ЦБ не раскрывают. Не поступала такая информация пока и от АСВ. Оба банка, включенных в самый жесткий санкционный лист США — SDN-лист, не могут не только привлекать финансирование из-за рубежа, но и взаимодействовать с американскими компаниями, включая рейтинговые (S&P вчера приостановило рейтингование Крайинвестбанка), платежные системы (Visa и MasterCard прекратили обслуживание его карт) и т. д.

По мнению экспертов, выбор регулятора пал на санкционный банк неслучайно. «С точки зрения нашего российского законодательства препятствий для санации санкционного банка обычным игроком, деятельность которого никак не ограничена, не существует,— отмечает партнер юрфирмы “Яковлев и партнеры” Игорь Дубов.— Но очевидно, ЦБ решил таким образом вывести из-под возможного удара другие банки, претендующие на санацию Крайинвестбанка: нельзя исключать, что банк-санатор сам мог бы впоследствии подпасть под санкции США именно по той причине, что взялся за спасение санкционного банка». Так, 22 декабря США ввели ограничения против Мособлбанка, который на данный момент санируется санкционным СМП-банком. В случае с Крайинвестбанком и РНКБ ситуация обратная, но исключать такие риски нельзя, заключает господин Дубов.

Ольга Шестопал