С новым ВЭБом! - «Финансы»

Проекты и долги ВЭБа надо передать государству, а на месте банка создать новый институт развития — таков один из обсуждаемых вариантов спасения ВЭБа. Это бы неплохо, только невозможно, возражают госбанкиры и чиновники.

Есть и такой вариант

22 декабря наблюдательный совет Внешэкономбанка под председательством премьер-министра Дмитрия Медведева будет решать, как спасать банк. Среди разных вариантов есть и радикальный — закрыть ВЭБ, передав его обязательства и активы в бюджет, рассказал РБК источник в ВЭБе. Закрыть ВЭБ — один из обсуждаемых вариантов, соглашается правительственный чиновник, но «мы точно знаем, что институт развития нам необходим, — мы без него не можем: не исключено, что будет создан новый».

Один из госбанкиров рассказал, что министр финансов Антон Силуанов настаивает на необходимости передать все обязательства и активы ВЭБа в госбюджет.

Собеседник РБК считает, что в результате этой операции нынешний глава ВЭБа Владимир Дмитриев даже сохранит свой пост в новом институте развития. Другой госбанкир говорит, что не слышал о таком плане, но «это было бы неплохо». При этом оба собеседника РБК в госбанках уверены, что закрыть ВЭБ практически невозможно, и не верят в то, что такое решение может быть принято.

Радикальное предложение поддерживают и не все министры в правительстве, говорит собеседник в ВЭБе: «На комиссии у [первого вице-премьера Игоря] Шувалова не смогли договориться об этом». Вопрос закрытия ВЭБа не обсуждается, сказал в пятницу РБК замминистра финансов Алексей Моисеев. Силуанов 16 декабря говорил, что «ВЭБ сохранится и будет продолжать работать как институт развития», а «бюджет в следующем году подставит [ВЭБу] плечо».

Представители ВЭБа и Шувалова отказались от комментариев.

«Ведомости» в конце ноября написали, что Дмитриеву ищут замену. При этом сам глава ВЭБа на вопрос издания ответил, что никуда уходить не собирается и своим местом доволен. О том, что Дмитриев может быть уволен, сообщало и Reuters 30 ноября со ссылкой на собственный источник в ВЭБе. «Идет закулисная война», — говорил другой источник Reuters про разногласия по поводу управления ВЭБом.

Цена спасения

3 декабря президент Владимир Путин в ежегодном послании парламенту сказал, что многие институты развития «превратились в настоящую помойку для плохих долгов», и поручил оптимизировать их состав и функции. Президент не указал, какие конкретно институты имеет в виду (в России насчитывается 27 государственных институтов развития), но основным таким институтом является ВЭБ — активы группы равны примерно 5,5% ВВП страны.

«Действительно, на повестке дня, честно говоря, стоит вопрос о Внешэкономбанке», — признавался 10 декабря министр Силуанов. Он оценивал спасение ВЭБа в 1,7% ВВП, то есть в 1,34 трлн руб., если исходить из официального прогноза ВВП на 2016 год. Путин поручил исполнить бюджет 2016 года с дефицитом не более 3% ВВП, но без учета помощи ВЭБу, то есть оздоровление ВЭБа ляжет дополнительной нагрузкой сверх 3% ВВП. Впрочем, министр финансов указывал, что одномоментно всю сумму ВЭБу выделять не будут, помощь будет разбита на несколько лет. Один из госбанкиров сказал РБК, что решение по ВЭБу должен принять Путин. По словам банкира, среди вариантов поддержки гос­корпорации рассматривается докапитализация с помощью ОФЗ примерно на 1,5 трлн руб.

Безграничное хозяйство

ВЭБ называется институтом развития, но на деле его функционал гораздо шире. Путин поручил установить «ограниченный перечень приоритетов» деятельности таких институтов — научное развитие, технологическое обновление экономики, поддержка импортозамещения и экспорта, жилищного строительства и развития регионов. ВЭБ через свои дочерние компании (Фонд развития Дальнего Востока, Корпорация развития Северного Кавказа, «ВЭБ-Инновации», РФПИ, Росэкс­имбанк, Российский экспортный центр и т.д.) участвует в выполнении этих задач, но помимо этого он с 2008 года играет роль антикризисного инструмента (в частности, спасал банк «Глобэкс» и Связь-банк, которые остаются на его балансе), а также выполняет агентские функции. Например, ВЭБ является агентом правительства по управлению пенсионными накоплениями граждан, по управлению госдолгом и внешними финансовыми активами России. Эти функции у ВЭБа могут забрать при реорганизации, говорят собеседники РБК в правительстве.

На балансе ВЭБа внешний долг, оцениваемый Bloomberg в $18 млрд, и проблемные активы на миллиарды долларов.

Замминистра финансов Татьяна Нестеренко говорила, что выплаты ВЭБа по внешним долгам в 2016 году составят около 200 млрд руб. ($3 млрд). Сам ВЭБ в своей ноябрьской презентации для инвесторов раскрывает только $533 млн внешнего долга по евробондам в 2016 году, но оговаривается, что речь идет только о долге без учета дочерних компаний (консолидированный долг ВЭБ не раскрывает).

ВЭБ был главным кредитором олимпийских застройщиков, профинансировав 20 проектов на 240 млрд руб., писали «Ведомости» в 2013 году, — уже тогда 79% этих кредитов были проблемными. До 2014 года ВЭБ выдал неназванным российским инвесторам кредитов на $8 млрд на финансирование металлургических предприятий на Украине, главным образом на Донбассе. Из-за военных действий на востоке Украины ВЭБ вынужден обесценивать эти кредиты. «Там реальная проблема, это форс-мажорное положение, и это стало особенно понятно в конце 2014 года. Есть разница между заводом, который не совсем вовремя возвращает кредиты, но работает, и заводом, который стоит в чистом поле разбомбленный», — объяснял в апреле 2015 года первый зампред правления ВЭБа Михаил Полубояринов. На середину 2015 года ВЭБ оценивал объем кредитов третьим сторонам на приобретение ценных бумаг и финансирование предприятий металлургической отрасли Украины в 470 млрд руб. ($6,6 млрд по текущему курсу), относя их к категории подверженных риску. Резерв под обесценение этих кредитов составлял почти 145 млрд руб.

В 2014 году ВЭБ получил рекордный чистый убыток по МСФО на 250 млрд руб., за первое полугодие 2015 года — 73,5 млрд руб.

При участии Яны Милюковой