Инфляционное ожидаемое - «Финансы»

В декабре 2015 года среднесрочные инфляционные и девальвационные ожидания граждан усилились, а среди причин их увеличения появилась "политическая составляющая", свидетельствуют последние измерения Банка России. Хотя в Минэкономики настаивают на рекордном росте нормы сбережения, опросы ЦБ свидетельствуют: доля респондентов, которые тратят все доходы на текущие нужды, увеличилась — с 46% в 2014 году до 50% в 2015 году.

Согласно данным последнего расширенного отчета ФОМ об инфляционных ожиданиях и потребительских настроениях, который делается по заказу Банка России, в середине декабря 2015 года граждане испытали новую волну роста пессимизма. Хотя восприятие домохозяйствами текущего уровня инфляции стабилизировались, в декабре доля тех, кто ожидает сильного роста цен в следующем месяце, достигла 30% (с 20% в октябре и 25% в ноябре). А продолжения ослабления курса рубля в текущем году ожидало 37% населения против 30% в октябре.

Социологи отмечают, что в инфляционных ожиданиях (как, впрочем, и в оценках экономического положения страны) "увеличилась политическая составляющая" — помимо санкций Запада и помощи ЛНР и ДНР граждане стали объяснять рост цен участием России в военных операциях в Сирии и ухудшением отношений с Турцией. Среднесрочные инфляционные ожидания также заметно ухудшились. В середине декабря 2015 года 71% респондентов ожидал, что к концу 2017 года темпы инфляции окажутся заметно выше запланированных ЦБ 4% — против 69% в ноябре и 66% в октябре. "В последние месяцы рост этих ожиданий в значительной степени связан с сезонным фактором — приближением новогодних праздников, по завершении которых беспокойство населения может снова пойти на спад",— надеялись авторы исследования.

Помимо ухудшения оценок личного благосостояния и состояния экономики страны (с 29% в июне до 44% в декабре) в 2015 году в ФОМ отмечают — "россияне стали в полтора-два раза чаще расходовать ранее накопленные сбережения и брать деньги в долг у родственников и знакомых". Однако в декабрьском социально-экономическом отчете Минэкономики утверждало: "Население продолжает придерживаться сберегательной модели поведения. Норма сбережений (с исключением сезонного фактора) в ноябре прошлого года достигла максимального с 2012 года значения и составила 16,1%". По данным же ФОМ, в 2015 году лишь у 35% населения были сбережения (у 37% в 2014 году), а доля людей, сберегающих "целенаправленно и устойчиво", составляла 12% (15% в 2014 году). В декабре половина респондентов указывала, что им приходится тратить все деньги на повседневные нужды и отложить ничего не удается (46% в 2014 году), что в ФОМ, впрочем, считают "локальными трудностями".

Начало 2016 года свидетельствует, что представление ФОМ о локальных трудностях может оказаться слишком оптимистичным.

Алексей Шаповалов