The Economist: невесело европейским банкирам - «Финансы»

Быстрое и не слишком обременительное урегулирование положило бы конец неопределенности, считает журнал. Оно также смогло бы обеспечить некоторую передышку.

Несмотря на рост акций Deutsche Bank в самое последнее время, с начала нынешнего года они обесценились больше чем наполовину. У самого большого кредитного учреждения Германии резервы капитала меньше, чем у любого из крупных банков Европы. Можно было бы обратиться за помощью к инвесторам, но банк не пошел по этому пути. Он собирается продать часть активов и уже приступил к давно назревшей реструктуризации. Последнее, что хотелось бы Deutsche Bank сейчас, так это просить деньги на стороне. Банк хочет лишь добиться прибыли.

Выражаясь просто, основная проблема Deutsche Bank заключается в том, что трудно понять, откуда можно было бы ожидать поступления прибылей, подчеркивает The Economist.

Инвестиционный банкинг испытывает трудности во всем мире, и Deutsche Bank, некогда преуспевавший на этом направлении, проигрывает американским конкурентам. Хуже всего, что в отличие от них у немецкого банка нет прочной домашней опоры. У себя в Германии он лишь один из игроков на рынке розничных услуг. К тому же намерен продать Postbank, который приобрел в 2010 году. В стране, где насчитывается 1750 кредитных учреждений, главным образом государственных муниципальных или кооперативных, шансы у гигантов не слишком велики. Так, Commerzbank, главный отечественный соперник Deutsche Bank, собирается сократить 9,6 тыс. человек.

Некоторые проблемы Deutsche Bank, продолжает The Economist, остаются исключительно его собственными или общими лишь для очень ограниченного числа европейских банков. Но в своей борьбе за рентабельность он далеко не одинок. В пределах еврозоны трудности с доходами испытывают практически все банки независимо от их размера.

Главная причина — медленный экономический рост в сочетании со сверхнизкими процентными ставками. Они стали продуктом отчаянных усилий регулятора подстегнуть инфляцию. Из-за них до пределов сузился зазор между ставками привлечения фондирования и предоставления кредитов. Хотя Европейский центральный банк снизил проценты по депозитам ниже нулевой отметки, лишь очень немногие из банкиров решились последовать его примеру. Чиновники из ЕЦБ продолжают доказывать, что их политика помогает банкам. Дескать, рост цен на облигации и улучшение качества кредитов уравновешивают уменьшение маржи. А дешевые деньги стимулируют кредитование. Но банкиры с этим не согласны.

The Economist приводит мнение Стюарта Грэхема, главного исполнительного директора исследовательской фирмы Autonomous. Пока, по словам эксперта, трудно выявить какой-либо эффект от отрицательных процентных ставок на уже провисшую доходность банков. Степень воздействия варьируется от страны к стране. В наиболее уязвимом положении оказались банки, которые занимаются традиционным бизнесом — привлечением фондирования за счет депозитов и выдачей кредитов для получения дохода. Это, в частности, характерно для Германии и Италии.

Как считает Грэхем, доход по акциям немецких сберегательных банков упадет с нынешнего уровня 6,5 до 2% к 2021 году. Накопленные итальянскими и испанскими банками плохие долги не позволят им извлечь выгоду из возможности, благодаря низким процентным ставкам, поддерживать сравнительно небольшие резервы.

Тем не менее некоторым банкам все же удается противостоять негативному влиянию низких ставок, опираясь на более сильный экономический рост и на удачную модель бизнеса. Доходность по акциям шведских банков в прошлом году составила 11%, указывает Грэхем. У кантональных банков Швейцарии она достигла 9,9%. Шведы и швейцарцы в меньшей степени зависят от чистого процентного дохода или от объема депозитов. По данным S&P Global Market Intelligence, которые приводит The Economist, отношение расходов к доходам (cost / income ratio, CIR) в шведских банках составляет в среднем 46%, тогда как в немецких — 72%, а в итальянских — 67%.

В некоторых европейских странах были предприняты интенсивные усилия для посткризисного восстановления пострадавшей банковской системы. В Испании, где операция по спасению банков прошла в 2012 году, кредитные учреждения отложили миллиарды евро для покрытия плохих кредитов. Доля непроизводительных займов (non-performing loans) упала с 13,6%, зафиксированных в 2013 году, до 9,4%. С 2008 года количество банковских офисов было сокращено на треть. Сказался и более быстрый рост ВВП, составивший в прошлом году 3,2%.

Однако доходность по-прежнему остается слабым местом. Частично это вызвано большей зависимостью крупнейших банков Испании от разницы процентов, чем это характерно в среднем для еврозоны, отмечает The Economist. И меньшей, по европейским меркам, долей комиссионных в структуре доходов.

В Италии группа финансовых компаний во главе JP Morgan пытается спасти Monte dei Paschi di Siena, третий в стране и старейший банк в мире. План спасения включает перевод плохих долгов на общую сумму ?27,7 млрд в отдельное финансовое учреждение и закачку на очищенный таким образом баланс дополнительной ликвидности. UniCredit, крупнейший итальянский банк, пересматривает стратегию под руководством нового главного исполнительного директора Жана-Пьера Мюстье. Частный фонд Atlante, который финансируют кредитные, страховые и другие компании, взял под свой контроль два небольших банка и собирается скупать плохие долги.

Помимо низких ставок европейские банки сетуют на регулирование. И здесь голос итальянцев звучит громче остальных. В то время как Германия и Испания после кризиса предоставили банкирам щедрое государственное финансирование, Италия сумела обойтись буквально крохами. Ее экономика переживала стагнацию, а бремя плохих долгов неуклонно нарастало. Евросоюз тем временем ужесточил правила предоставления государственной помощи, вынудив Италию рассчитывать исключительно на частные источники финансирования для спасения банковской системы.

Кроме того, итальянские банкиры предполагали, что реформа кооперативных банков и их преобразование в акционерные общества вызовет волну слияний, продолжает The Economist. Однако медлительность, с которой в ЕЦБ проходит процедура одобрения сделки по слиянию Banco Popolare и Banca Popolare di Milano, отпугивает других потенциальных участников. И, как сообщают, приостановлен процесс поглощения четырех небольших проблемных банков. ЕЦБ требует, чтобы UBI Banca, покупатель трех из них, сначала привлек ?600 млн дополнительного капитала.

Ужесточение требований регулятора к капиталу вызывает всеобщие нарекания. Мало кто оспаривает тот факт, что капитализация банков перед кризисом была недостаточной. Однако если бы к Deutsche Bank в 2007 году подходили с сегодняшними мерками, то отношение акционерного капитала к взвешенным по риску активам составило бы всего 1,8%. Данная пропорция, напоминает The Economist, служит важным индикатором устойчивости бизнеса. Сейчас этот показатель составляет 10,8%. Регуляторы настаивают, чтобы показатель достиг 12,25% к 2019 году. А сам банк ставит целью достижение 12,5% уже к 2018 году.

И все же банки протестуют слишком много, говорится в публикации. По данным Хун Сон Шина, руководителя исследований в Банке международных расчетов (Bank for International Settlements), в 2007–2015 годах 90 кредитных учреждений еврозоны выплатили дивиденды на сумму ?223 млрд. А доля прибыли, которую они оставили себе, составила всего ?348 млрд. Если бы банки сохранили больше, то теоретически их подушка капитала могла бы стать прочнее на 64%. И поскольку более сильные банки склонны наращивать кредитование, их выручка, прибыль и капитал выросли бы еще заметнее.

Несомненно, у европейских банков сейчас непростые времена. Но многие из них могли бы сами облегчить себе жизнь, говорит в заключение The Economist.