Кредиты биты? - «Финансы»

Ситуация с валютными заемщиками дошла до Верховного суда. Именно к нему апеллируют банки в надежде, что он не поддержит практику локальных судов о защите клиентов. Поводом стал уникальный случай проигрыша банка во всех инстанциях, когда суд не только перевел валюту кредита в рубли по нерыночно низкой ставке, но и оставил уровень валютной ставки по ставшему рублевым кредиту, а также снял залог. Банкиры рассчитывают, что это заставит власть в лице Верховного суда четко сформулировать свою позицию.

Повторная жалоба в ВС ТЭМБР-банка, проигравшего валютному заемщику в трех инстанциях (обращение в коллегию ВС было в первый раз отклонено), была подана 27 мая, свидетельствует карточка этого дела на сайте суда. Суть дела — в том, что заемщица ТЭМБР-банка взяла валютный потребительский кредит (в евро), но, не сумев добиться от банка его реструктуризации в рубли после резкой девальвации отечественной валюты, обратилась в суд. Районный суд, чье решение было подтверждено в последующих инстанциях, поддержал клиента банка радикальным способом. Суд не только пересчитал сумму кредита в рубли по курсу ЦБ на дату предоставления ссуды (8 июля 2013 года — 42,84 руб.), но и сохранил по нему валютную ставку (11,5%), что привело к зачету ранее переплаченной суммы в счет погашения. При этом договоры залога, заключенные между банком и поручителями по кредиту, суд признал недействительными на основании пересмотра самого договора. Суды мотивировали свои решения тем, что резкое изменение курса валюты может считаться "непредвиденным событием".

Хотя спор банков с валютными заемщиками, в основном ипотечными (у них наибольшие суммы кредитов), длится с конца 2014 года, когда начала резко обесцениваться национальная валюта, это первый случай спора между банком и валютным заемщиком, выигранный последним во всех инстанциях и дошедший до Верховного суда.

Свою позицию банк также попытался подкрепить письмом главе Верховного суда Вячеславу Лебедеву от Ассоциации российских банков (вчера было опубликовано на сайте АРБ).

Сейчас по разным договорам стороны выясняют в судах, является ли падение рубля аргументом для пересмотра договора, напоминает партнер юридического бюро "Инфралекс" Артур Рохлин. "Самый известный спор в арбитражном суде — это спор "Вымпелкома",— отмечает эксперт.— При этом, поскольку в судах общей юрисдикции в отличие от арбитражных рассматриваются споры с физлицами, мнения судов могут быть диаметрально противоположными в отношении одних и тех же вводных. Суды общей юрисдикции исходят из того, что граждане априори более слабая сторона, и изобретают аргументы в их защиту, в частности ссылку на непредвиденность обстоятельств". Неравноценность позиций заемщика и банка действительно ключевой аргумент для локальных судов, подтверждают юристы. "В настоящее время Верховный суд придерживается позиции, согласно которой локальные суды должны исходить из принципа справедливости, а не только сухой нормы закона,— указывает старший юрист компании BMS Law Firm Денис Фролов.— Человек в своих взаимоотношениях с банком всегда более уязвимая сторона. В отличие от корпоративного заемщика к нему нельзя относить понятие "предпринимательский риск", и действительно, если бы банк и заемщик могли бы предвидеть такое резкое падение рубля, они бы не заключили подобный договор".

Теперь уже ситуация поворачивается таким образом, что банки, а не заемщики требуют определить ту сторону, которая должна нести убытки из-за девальвации, расценивают данный прецедент юристы. "Возможно, это дело как раз станет той точкой, после которой Верховному суду все-таки придется дать разъяснения, и если мнение Верховного суда о том, что решение суда в отношении ТЭМБР-банка было справедливым, не изменится, то банки столкнутся со шквалом исков заемщиков, требующих перевести любой валютный кредит в рубли по валютной ставке и курсу на дату договора, не говоря о снятии обеспечения,— рассуждает Артур Рохлин.— В конечном счете, возможно, сейчас настал тот момент, когда государству в лице Верховного суда все-таки придется четко обозначить свою позицию относительно того, кто должен брать на себя риски изменения валюты — банк или его заемщик".

Фактически, считает Денис Фролов, подобный прецедент можно понимать как определенный сигнал кредитным организациям о том, чтобы они наконец разработали приемлемые условия для заемщиков, а не упорно стояли на формальных формах реструктуризации. До сих пор банки не прислушивались к рекомендациям ЦБ и Минфина смягчить позицию в отношении валютных заемщиков. "Сейчас получается, что суды пытаются установить некую социальную справедливость в долгом споре между банками и заемщиками, исходя из того, что, даже если банк реструктурирует кредит в рубли, это не приведет его к банкротству, а если заемщики останутся с кредитами на прежних условиях, то для многих из них это действительно может иметь масштаб катастрофы",— заключает он.

Впрочем, обнадеживаться валютным заемщикам рано. "Изменение валюты без изменения процентной ставки не соответствует логике применения ст. 451 ГК РФ в данном случае, а признание недействительным залога по основаниям, описанным ст. 168 и ст. 339 ГК РФ, явно противоречит закону,— считает юрист Legal Capital Partners Иван Махалин.— В крайнем случае суд мог сослаться на прекращение залога в связи с прекращением обеспеченного обязательства на основании ст. 352 ГК РФ, но и это также никак не связано с задачей защиты валютных заемщиков от изменения курса, которую вроде бы пытался решить суд в этом деле, используя ст. 451 ГК РФ. Практика с отпадением залога выглядит абсурдно, и сложно представить, что ее поддержит Верховный суд".

Юлия Локшина, Анна Занина