"Базелем" по евробондам - «Финансы»

Крупнейшие российские банки могут получить возможность заметно улучшить свои показатели краткосрочной ликвидности по "Базелю-3". Финансовые регуляторы раздумывают над тем, чтобы разрешить российским банкам включать еврооблигации российских эмитентов в состав высоколиквидных активов. В зависимости от структуры своего портфеля ценных бумаг, потенциальные бенефициары — "десятка" крупнейших игроков — могут не только повысить надежность, но и сэкономить — на гарантированных кредитных линиях от ЦБ.

Обнадеживающие новости по "Базелю-3" в части расчета банками показателя краткосрочной ликвидности (ПКЛ) содержатся в ответе департамента банковского регулирования ЦБ на запрос банкиров, сделанный к недавней встрече в Бору с руководством Банка России. Суть запроса рынка регулятору состоит в предложении либерализовать расчет ПКЛ, позволив банкам включать в состав высоколиквидных активов (ВЛА) бумаги, выпущенные надежными корпоративными эмитентами не только с баланса, но и через SPV, что сейчас запрещено. "В настоящий момент Базельский комитет по банковскому надзору (БКБН.— "Ъ") рассматривает возможность включения в высоколиквидные активы ценных бумаг, эмитированных специализированными финансовыми обществами — участниками консолидированной группы, головная организация которой является нефинансовой организацией, выпущенных в интересах указанной нефинансовой организации. В случае принятия положительного решения Банком России будут внесены соответствующие изменения в порядок расчета ПКЛ",— говорится в ответе ЦБ.

Таким образом, крупнейшие банки — а в надзорных целях (то есть с санкциями за несоблюдение) ПКЛ рассчитывают топ-10 игроков — получат возможность улучшить показатели краткосрочной ликвидности по "Базелю-3" за счет включения в состав высоколиквидных активов долговых бумаг крупнейших и надежных российских компаний. "Выпуск облигаций через SPV является распространенной схемой для организации выпусков еврооблигаций и реже используется для выпуска рублевых бондов российских эмитентов",— подтверждает руководитель отдела риск-менеджмента на финансовых рынках Райффайзенбанка Владимир Сноркин. Сейчас "Базель-3" не предусматривает включение в состав высоколиквидных активов ценных бумаг, эмитентами которых являются финансовые организации, а по ОКВЭД деятельность SPV признается финансовой деятельностью.

Между тем в силу особенностей российского законодательства, а также для обеспечения интересов инвесторов выпускать евробонды российские компании предпочитают именно по зарубежному праву, для чего и делают это с баланса специально созданных для этого компаний — SPV. Так делали (активность наблюдалась до санкций, но бумаги находятся в обращении и на балансах крупнейших банков), например, "Газпром", ЛУКОЙЛ, "Евраз", "Роснефть", ФСК, РЖТ и др.

При этом, не всегда SPV являются "дочками". В ряде случаев фактический эмитент поручается по обязательствам или гарантирует исполнение обязательств формального эмитента. Этот вариант (при полной ответственности фактического эмитента), по данным "Ъ", тоже рассматривается в качестве потенциально приемлемого. "Естественно, при соблюдении всех остальных требований к ВЛА — высокие рейтинги, обращение на активном рынке, обесценение в пределах лимитов и пр.",— отмечает источник "Ъ", знакомый с ситуацией.

Представители крупнейших банков возможные послабления оценили. "Если БКБН примет решение по включению в высоколиквидные активы дополнительных ценных бумаг и ЦБ также последует ему, это даст возможность банкам улучшить показатель краткосрочной ликвидности",— говорит глава подразделения корпоративных и IRB-моделей кредитного риска группы "Нордеа" Александр Петров. "Расширение списка ценных бумаг, попадающих под определение ВЛА, является положительной новостью, так как позволит увеличить диверсификацию ВЛА",— считает господин Сноркин.

"Возможность включения ценных бумаг, эмитированных SPV, во ВЛА окажет положительное влияние на ПКЛ для банков, имеющих значимый объем портфелей облигаций и еврооблигаций (в зависимости от структуры портфеля)",— продолжает Владимир Сноркин. Дополнительно это может привести и к снижению привлекаемой от ЦБ кредитной линии, добавляет он. Как известно, ее обслуживание (такая линия открывается на случай нехватки у банка высоколиквидных активов для выполнения ПКЛ) стоит в силу ее гарантированности для банка дороже, чем обычное привлечение финансирования в ЦБ), а значит, банки смогут еще и сэкономить.

Эффект от потенциальных изменений в каждом конкретном случае будет зависеть от структуры портфеля ценных бумаг. Так, если в Райффайзенбанке "с учетом текущей структуры портфеля ценных бумаг не ожидают значительного влияние на величину ВЛА", то, например, для Сбербанка этот эффект может быть более заметным: согласно его МСФО-отчетности за 2015 год, евробонды российских эмитентов (правда, без учета прочих ограничений для отнесения бумаг к ВЛА) исчисляются сотнями миллиардов рублей. По МСФО группы Росбанк за 2015 год, у нее более 40 млрд руб. еврооблигаций, у ВТБ 24 — более 15 млрд руб., группы Альфа-банка — более 8 млрд руб. Впрочем, если сделать отсечение по требуемым для признания бумаги ВЛА рейтингам, цифры будут не столь значительны. "Я не думаю, что на российском рынке присутствует много таких эмитентов, еще и с хорошими рейтингами, по сравнению с Европой, — рассуждает Александр Петров.— А после начала кризиса и санкций таких инструментов стало меньше, чем раньше".

Светлана Дементьева, Вероника Горячева